Киотский протокол

ООН – бессильная декорация

3h

События последних лет показали, что международное право в глазах определенных государств потеряло свой вес. Ряд стран, и в первую очередь западные державы, демонстративно игнорируют международные институты и договоры ради достижения собственных целей.

Основная структура, чьей задачей является выработка единых подходов к решению международных проблем, – Организация Объединенных Наций. Однако на фоне последних событий ООН и ее руководители как-то остаются в тени. Создается впечатление, что организация отошла на второй план и используется мировыми игроками для прикрытия последствий их собственной деятельности. И если сразу после терактов 11 сентября ряд действий США казался простительным, то постепенно манипулирование мнением членов организации, а затем и откровенное пренебрежение правилами ООН начало вызывать законное возражение со стороны их оппонентов. В этой связи стоит отметить, что Россия последовательно настаивала на активном привлечении ООН к разрешению конфликтов и соблюдении требований международного права.

На этом фоне позиция как предыдущего, так и нынешнего генеральных секретарей выглядит, с позволения сказать, слабо. Вы можете вспомнить случаи, когда глава ООН резкой критикой смог принудить, например, США к отказу от военных действий, введения санкций или иного резкого шага на мировой арене? Нет?

Даже ситуация вокруг КНДР в связи с запуском ракеты большой дальности, а чуть ранее – январским испытанием ядерного оружия показывает, что как бы экстренно ни собирался Совет Безопасности, как бы единогласно ни осуждали члены Совбеза действия Пхеньяна, реальное влияние зависит от конкретных действий конкретных государств. Пока Китай, являющийся основным торговым партнером и заступником Северной Кореи, не пойдет на реальное давление на КНДР, до тех пор никакие (разве что только военные) действия США и их союзников в регионе не повлияют на строптивого Кима.

По другим международным вопросам, затрагивающим военно-политические интересы крупных держав, ситуация аналогична. Где активная миротворческая инициатива ооновских функционеров по Украине, Сирии, Ливии? Чем таким значительным помогла ООН балканским странам в ситуации с беженцами?

Даже если оказывается помощь или принимаются какие-то решения, бюрократическая машина стала столь громоздкой, а процесс выработки плана действий столь долгим и сложным, что говорить об оперативности и эффективности довольно сложно. Взять к примеру ту же Северную Корею. Прошел месяц с того момента, как Пхеньян объявил об испытании водородной бомбы, а ООН так и не определилась с санкциями в отношении Пхеньяна. Он тем временем запустил баллистическую ракету. Как теперь мировому сообществу усилить давление, которое должно было осуществляться уже месяц?

Конечно, по определенным вопросам, в первую очередь гуманитарным, успешные прецеденты наверняка есть. Но разве они определяют текущую и будущую ситуацию в мире?

Возьмем хотя бы миротворческие миссии ООН. Сейчас организация на постоянной основе осуществляет16 миротворческих операций, из которых одна в Гаити, одна в Европе, одна на границе Индии и Пакистана, четыре на Ближнем востоке, а остальные девять в Африке. Все эти миссии длятся уже не один год и в большинстве случаев будут продолжены и далее.

В западном полушарии только в одной стране размещены миротворцы: это самая бедная страна обеих Америк – Гаити. Нынешняя миссия, основной целью которой является восстановление безопасности и стабильности, длится с 2004 года! Уже прошли и выборы, ради которых все затевалось, и землетрясение 2010 года, и новые выборы, а перспективы Гаити все также туманны.

Но Гаити не единственный пример «положительных результатов, достигнутых международной миссией». Западная Сахара, Голанские высоты, Кипр — во всех этих местах миротворческие миссии действуют уже десятилетия. Что характерно, мероприятия в рамках миссии осуществляются постоянно, ротации миротворцев проводятся планово, но конфликты, как таковые, не решаются. Кипр все также разделен между турками и греками, Западная Сахара независимости так и не получила, Голанские высоты израильтяне не покинули. Налицо замораживание конфликтов, а не их решение. В этом ключезаявления отдельных политиков на Украине о размещении миротворцев на украинско-российской границе похожи на желание, прикрываясь международным контингентом, решить проблему Донбасса вне Минских соглашений.

Но вернемся к нынешним миссиям ООН. Если посмотреть южнее, на Африку, то ситуация выглядит еще печальнее. Голубые каски, кажется, навсегда прописались в Демократической Республике Конго. Судан уже успел разделиться на два государства, но мира так и не получил. Теперь там целых три миссии: в независимом Южном Судане, в районе Абьей (спорная территория между Севером и Югом) и в Дарфуре.

Вообще, тактика миротворцев наводит на мысль, что раз придя они остаются на очень долгое время. Вот миссии в Либерии и Кот-д’Ивуаре от чего только не помогали: и обеспечивали выборы, и способствовали политическому урегулированию, и приграничные проблемы решали, и с Эболой боролись. И все равно местные власти, которые и у власти-то остаются во многом благодаря наличию голубых касок, просят продлить мандаты миротворцев ООН. Правда, надо признать, что в первом квартале 2016 года численность миротворческого контингента в Кот-д’Ивуаре будет сокращена на 1000 человек. Но принципиально это ничего не меняет. Прозападные президенты, обучавшиеся в США, работавшие в западных структурах, например Citigroup и Всемирном банке, и пришедшие к власти в ходе признанных, но все-таки сомнительных избирательных побед (революции в Африке так часты, что различать какие из них цветные, а какие нет, никто не будет), при содействии разнообразных международных программ уверенно ведут свои страны к процветанию. Правда, Либерия как входила в перечень самых отсталых стран мира с 370 долларами ВВП на душу населения, так и входит. У Кот-д’Ивуара показатели выше, но если вспомнить, что основу его экспорта составляет какао (40% мирового производства), цены на которое в последние годы только росли, то к успехам страны в ее сырьевой экономике стоит отнестись более спокойно. Помогая более десяти лет Либерии и Кот-д’Ивуару, ООН не добилась стабильности и процветания. Согласно оценке Всемирного банка, в Либерии и Кот-д’Ивуаре к бедным относятся 63,9 и 46,3% населения, соответственно.

Про стабилизацию в Мали и Центрально-Африканской Республике, где тоже действуют миротворцы, говорить вообще стыдно. Вряд ли можно говорить об успехах в Мали после осеннего захвата террористами гостиницы в столице страны Бамако, жертвами которого стали 19 человек, шестеро из которых россияне. Судя по тому, что несколько дней назад по базе миротворцев в Мали был открыт огонь, антитеррористические мероприятия особого успеха не дали. Что же до ЦАР, то мало того, что контингент там тоже подвергается нападениям, так еще и в отношении самих миротворцев постоянновыдвигаются обвинения в сексуальном насилии в отношении женщин и несовершеннолетних.

В Европе дела обстоят не лучше. Миротворческая миссия ООН в Косове (МООНК), призванная содействовать безопасности, стабильности и уважению прав человека в этой отделившейся от Сербии республике и наделенная «в том числе всеми законодательными и исполнительными полномочиями и полномочиями по управлению судебной системой», судя по всему, 17 февраля этого года станет свидетелем официально объявленной попытки свергнуть нынешнюю демократическую власть еще более демократической оппозицией.

Конечно, нельзя относиться исключительно отрицательно к результатам деятельности ООН. Все-таки во многих местах достигнуто прекращение огня, идет процесс разминирования, оказывается гуманитарная помощь. Но вот главный вопрос: способна ли ООН обеспечить решение конфликтов на основе декларируемых организацией принципов международных отношений или она будет лишь послушно ждать, пока сильные мира сего позволят ей хоть как-то участвовать в мировой политике? Если максимум, на что способна организация, – это участие в бесконечных, по большей части безрезультатных обсуждениях мировых проблем, то стоит ли ждать от нее результатов. Объективно реформа ООН становится все более актуальной, однако тянущиеся уже, кажется, бесконечно разговоры о реформировании так и не материализовались во что-то полезное. Обострение взаимоотношений между основными мировыми лидерами, и в первую очередь между членами Совбеза, окончательно хоронят перспективу обновления ООН.

Поведение лидеров мировой политики во главе с США свидетельствует о желании подменить устоявшиеся нормы международных отношений блоковыми и даже собственными правилами. В этой связи они стараются нивелировать значение ООН как высшего органа в межгосударственных отношениях, используя эту площадку лишь как инструмент собственной политики. Если же решения ООН противоречат интересам новоявленных гегемонов, никакие договорные и моральные обязательства не заставят их выполнять. Реакция Великобритании, Швеции и США на решение рабочей группы ООН по вопросам неправомерного лишения свободы в отношении Ассанжа — яркое тому подтверждение. Зато почему-то не возникает сомнений в том, что если бы дело касалось «другой» страны, требования исполнить предписания ООН сыпались бы как из рога изобилия.

Нынешняя позиция ООН и ее руководства не позволяет говорить о серьезном влиянии организации на существующие вызовы в сфере военных конфликтов и проблем безопасности. На примере нынешних миротворческих миссий можно проследить тенденцию, ведущую не к разрешению военно-политических проблем, а к замораживанию конфликтов. Без реформы и, главное, желания руководства организации активнее участвовать в решении серьезных мировых проблем, роль организации сводится к чисто гуманитарным либо вообще второстепенным вопросам.

Что же остается организации? Собирать помпезные всемирные климатические саммиты, решения которых страны-участницы в дальнейшем так и не ратифицируют, как это было с Киотским протоколом? К сожалению, в современных условиях особого оптимизма в отношении роли ООН не просматривается.

Источник

Фото Reuters

По какому праву живет Россия?

8р

8р

Нам сулили всевозможные привелегии, обещали интегрировать везде и всюду, красочно расписывали преимущества глобализации, активно вовлекали в международные процессы. Мы в ответ с готовностью подписывали кучу конвенций и договоров, чтобы быть на одной ноге с развитыми странами,и стремительно встраивали Россию в состав так называемого «международного государства». Сейчас маятник качнулся в противоположную сторону, и вдруг выяснилось, что наша страна попала в международную правовую ловушку.

Международное право опирается как раз на все эти замечательные конвенции и договоры. Их издана цела куча, и затрагивают они почти все сферы жизни: дипломатию, воздухоплавание, военную политику, космос, атомную энергетику, экологию, права человека, охрану труда и так далее. Многие из выпущенных конвенций подписаны и ратифицированы Россией.




Стоит отметить, что специалисты различают две разновидности отношений международного права и национального законодательства страны. В первом варианте они являются двумя отдельными системами. То есть подписанный международный договор диктует обязательства на международном уровне, не затрагивая национальные правовые нормы. Такая система действовала, к примеру, в Советском Союзе.

Второй вариант предусматривает верховенство международного права над государственным, то есть все местные законы либо должны быть подогнаны под предписанные конвенциями нормы, либо, в случае правовых коллизий, они отойдут на второй план. И в 1993 году Россия прописала в Конституции именно этот вариант.

Оно и понятно. В то время руководство страны жило с оглядкой на Запад. Все нужно было срочно сломать и перестроить. Законы наши, по которым напившиеся водкой медведи могли безнаказанно забить балалайками сторонников демократических ценностей, казались лидерам государства отсталыми и требующими корректировки.

Однако интеграция страны в международное правовое поле привела лишь к тому, что другие государства получили мощнейший рычаг, с помощью которого они сегодня с удовольствием давят на Россию. Наш журнал уже писал о том, как ПАСЕ, ссылаясь на все эти подписанные бумажки, принуждала Россию освободить обвиняемую в пособничестве в убийстве журналистов Надежду Савченко. Но, увы, это далеко не единственный пример. Давят на нас по всем фронтам действия международного права.

Одностороннее разоружение

Международное гуманитарное право описывает нормы ведения боевых действий, методы и средства. В частности, именно под его юрисдикцию попадает применение запрещенных видов боеприпасов вроде кассетных бомб или химического оружия. В его же рамках заключаются и всевозможные договоры о разоружении. Такие, например, как документ, подписанный в 1972 году США и СССР об ограничении систем противоракетной обороны. Но в 2001 году Америка заявила о своем выходе из договора и приступила к развертыванию глобальной системы ПРО с созданием, в том числе, европейского позиционного района. В России эти действия справедливо назвали нарушением паритета ядерных вооружений и угрозой нацбезопасности. «Нам говорят: «Это не против вас». Но на экспертном уровне все прекрасно понимают, что это перекрывает все наши ракетные системы. США не хотят даже бумажку подписать, что это «не против нас». Нам приходиться как-то реагировать», — говорил Владимир Путин.

В то же время с 2011 года между нашими странами действует договор о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений. По его условиям к 2018 году Россия и США должны ограничить общее число ядерных боеприпасов 1550 единицами, из которых на боевом дежурстве могут находиться не более 800. Поначалу все шло гладко, количество носителей сокращалось. Однако осенью 2013 года, в то время как Россия в очередной раз уменьшила число боеголовок, в США оно выросло. С тех пор ядерные силы обеих стран лишь увеличивались.

На бумаге целью этого договора является снижение угрозы ядерной войны. Мол, сдерживать страны от столкновения, должно не оружие, а взаимная заинтересованность друг в друге. Однако есть мнение, что не все стороны преследовали именно эту цель. Так, например, директор Центра геополитических экспертиз Валерий Коровин уверен, что Америка нацелена на ведение войн «шестого поколения» — сетевых и сетецентрических сражений. Штаты в них поднаторели, а потому, если прямое столкновение и будет, то они рассчитывают, в крайнем случае, на применение обычного оружия. «Для того, чтобы в принципе исключить возможность ядерного ответного удара со стороны России, в России не должно быть ядерного оружия. Поэтому все усилия США направлены на то, чтобы лишить Россию ядерного вооружения полностью, то есть совсем, либо сократить его до того объема, который может быть перехвачен с помощью системы американской национальной ПРО, размещаемой в Европе», — рассказывает эксперт.

Экология в качестве заложника

Перейдем к экологии. Казалось бы, это же защита окружающей среды, ну какие тут-то могут быть разногласия и возможности для манипуляций? Оказывается, огромные. Например, некоторые втягивают эти правовые нормы в разрешение своих политических конфликтов с Россией. Так, в конце августа 2008 года Грузия обвинила Россию в нарушении Бухарестской конвенции о защите Черного моря от загрязнения. «Россия нанесла Грузии огромный ущерб, российские военные взорвали порт Поти и корабли, которые находились в море. Впоследствии огромное количество топлива вылилось в воду, что привело к загрязнению Черного моря», — нагнетал психоз в официальном обращении грузинский министр по охране окружающей среды Ираклий Гваладзе. Еще один случай, связанный с этой конвенцией был направлен на дискредитацию нашего черноморского флота. В 2009 году Украина бездоказательно обвинила Россию в том, что наши корабли стали источником загрязнения Черного моря.

Но одним из самых интересных случаев использования международного права в сфере экологии в политических целях, пожалуй, является Киотский протокол. Это международное соглашение, принятое еще в 1997 году в Японии, является дополнением к Рамочной конвенции ООН об изменении климата и регламентирует выбросы парниковых газов. Суть его предельно проста: страны, ратифицировавшие протокол должны покупать квоты на выбросы и ограничивать последние до определенного уровня.

Так в чем же хитрость? А хитрость в том, что для вступления протокола в силу было необходимо, чтобы его ратифицировали государства, на долю которых приходится в сумме не менее 55% мировых выбросов парникового газа. В последний момент США (чья доля составляет 35% выбросов) отказались — слишком уж дорогое удовольствие, решили американцы. Пришлось срочно искать им замену. И таковую увидели в России, на которую приходилось 17% мировых выбросов.

Нам этот протокол был не слишком выгоден. Организованный Президентом Совет-семинар по этой проблеме пришел к следующим выводам: «Киотский протокол не имеет научного обоснования; … неэффективен для достижения Рамочной конвенции ООН; … означает существенное юридическое ограничение темпов роста российского ВВП; … имеет по отношению к России дискриминационный характер».

Однако Европа использовала соглашение в качестве заложника. Германия заявила прямо: не ратифицируете — не пустим в ВТО. А в ВТО мы в то время очень сильно хотели, так что в очередной раз пришлось идти на уступки, будучи зажатыми в тиски международного права и погружаясь в него все глубже.

Выторговали еще один капкан?

К слову о Всемирной торговой организации. Вступление России в ВТО ведь тоже наложило на нашу страну массу международных обязательств. И назвать многие из них выгодными для России не повернется язык. Это угроза, в первую очередь, для малого и среднего бизнеса, которому ой как не просто станет выжить на рынке, когда на него слетятся конкуренты в виде иностранных гигантов, забрасывающих страну дешевой продукцией. А если предприятия не выдержат конкуренции, то они закономерно обанкротятся, что приведет к сокращению рабочих мест и повышению уровня безработицы.

Снижение пошлин может привести к тому, что многие товары в стране производить будет просто невыгодно, если население предпочтет покупать подешевевшую иностранную продукцию. А нам необходимо уходить от сырьевой экономики, развивать реальный сектор, заниматься импортозамещением. Есть недостатки вступления в ВТО и на рынке экспорта — ниже пошлины, а значит меньше денег поступает в бюджет.

Тем не менее, руководство страны посчитало, что плюсы перевешивают минусы, и, пусть переходный период будет непрост, оно того стоит. И что мы получили два года спустя? А получили мы привычную картину, когда международные обязательства используются для давления на страну.

Когда Запад в нарушение всех норм ВТО вводил ограничения на поставку продукции для российской нефтянки, это, само собой, никого не смутило. Зато наши «вежливые контрсанкции», выраженные в продовольственном эмбарго подняли тот еще визг. Еще бы! Для Финляндии, к примеру, Россия — основной экспортный рынок. Франция и Польша тут же побежали плакаться в ЕС, дескать, спасите-помогите, злые русские нас банкротят. Разумеется, нашу страну, в отличие от западных, судить можно, поэтому тут же посыпались обвинения в нарушении Россией правил ВТО.

Прикрываясь заботой о человеке

Но самым излюбленным рычагом Запада являются международные нормы в сфере прав человека. Вот уж где раздолье для того, чтобы прищучить неугодную Россию. По количеству обращений в Европейский суд по правам человека Россия, как ответчик, занимает почетное первое место. Справедливости ради уточним, что это лишь в абсолютных величинах — в пересчете на душу населения мы где-то в серединке. И тем не менее, масштабы впечатляют.

При этом никого, разумеется, не волнует, что конфликт может быть вызван нарушениями российского законодательства. Особенно, если поставлена задача продемонстрировать тоталитарные бесчинства кровавого путинского режима.

Дело ЮКОСа, связанное с сокрытием налогов и завершившееся тюремными заключениями для руководства компании, в ЕСПЧ трансформировалось в нарушение прав и свобод акционеров бывшего нефтяного гиганта. Россия, разумеется, оказалась виновна.

Выиграли иск в страсбургском суде и российские секс-меньшинства, обжаловавшие запрет на проведение гей-парада в Москве. Что, впрочем, неудивительно, учитывая безудержную любовь Европы к лицам нетрадиционной сексуальной ориентации.

Правозащитная организация Human Rights Watch припомнила России сразу все скопом. Тут вам и ЛГБТ и цензура, и давление на критиков власти. В качестве примеров последнего приводятся приговор братьям Навальным. Весьма мягкий, к слову приговор, учитывая доказанные в суде деяния. Также нарушение прав критиков власти правозащитники нашли в ужесточении российского законодательства касательно несанкционированных массовых мероприятий и обвинениях по «Болотному делу». Выходит, перед страной встает непростой выбор: то ли плюнуть на перспективы цветной революции, которая нам ни к чему, то ли нарушать международное право.

Ну и конечно, весь последний год о правах человека и ущемлении их Россией Запад непрерывно талдычит в связи с украинскими событиями. Из свежего можно вспомнить готовящийся Украиной обвинения ПАСЕ в нарушении международного права при воссоединении с Крымом, которые полностью разделяет канцлер Германии Ангела Меркель.

Стоит ли брать пример с США?

Подытоживая все вышесказанное, что мы наблюдаем сегодня? Мы видим, что международное право, призванное создать добрососедские отношения во всем мире и способствовать становлению единого международного государства, работает скорее в качестве аркана, который набрасывают на шею странам, а потом затягивают и ведут их в требуемую сторону. При этом всем тем, кто больше других кричит о его непререкаемости, ой как свойственны двойные стандарты. Это и ВТО, нормы которого нарушает Россия, но якобы соблюдает Запад, и присоединение Крыма, которое называют аннексией в то же самое время, как Международный суд прежде легко признал законным право на самоопределение жителей Косово. Это и регулярные нарушения международного права Америкой, которые признают даже на Западе, но отчего-то не считают их чем-то ужасным.

Все это вовсе не означает, что идеи, заключенные в многочисленных конвенциях, подписанных Россией, неправильные и исключительно вредные. Нет, многое из изложенного в них действительно необходимо внедрять. Но нельзя допускать возможность манипулирования собственной страной с помощью правовых ловушек. Стоит отдать должное Америке, при всех ее недостатках, она очень щепетильно относится к защите собственных интересов. Неспроста Штаты не ратифицировали многие международные соглашения, в том числе из тех, что приняла Россия. Быть может это как раз то, чему следует поучиться из США? Вспомнить о своем суверенитете и национализировать законодательство, переняв в него лишь те мировые нормы, которые мы считаем уместными, и при помощи которых нам не смогут диктовать свою волю.

Источник